Убийство Ито Хиробуми –- причина аннексии


     В июле 1909 г. один из отрядов «Ыйбён», численностью 200 человек, под командованием Чхве Чжэ Хёна перешел Туманган и, нанеся большие потери японскому гарнизону г. Кёнвон, совершил рейд в район г. Хверён. В этом походе в качестве командира взвода принял участие и Ан Чжун Гын. По возвращении из похода в Хверён в сентябре 1909 г., находясь во Владивостоке, Ан Чжун Гын узнал о предстоящей поездке Ито Хиро-буми в Харбин на встречу с русским министром финансов Коковцевым и приступил к составлению плана убийства, которое и было осуществлено 13 (26) октября 1909 г. на  Харбинском  вокзале.

     Убийство Ито готовилось крупным тайным антияпонским обществом. «В здешнем дипломатическом кругу,—доносил Малевский-Малевич, — установилось мнение, <ito за личностью убийцы кн. Ито стоит целая организация, по всей вероятности, связанная с революционными кружками Владивостока и Сан-Франциско». В составлении плана убийства, очевидно, принимали участие Чхве Чжэ Хён, а также Ли Бом Юн; с ним Ан Чжун Гын встречался в Новокиевском перед отъездом в Харбин.

     Ан Чжун Гын, задержанный тут же на вокзале после убийства Ито, был увезен японцами в Порт-Артур. Во время судебного следствия, которое длилось несколько месяцев, корейские патриоты пытались вырвать Ан Чжун Гына из рук японцев. Они хотели, чтобы его судил не японский, а русский или международный суд. Группа корейских юристов обратилась к правительствам ряда стран, доказывая, что дело Ан Чжун Гына должно быть передано на рассмотрение русского суда .

     В декабре 1909 г. в Порт-Артур выехал К. М. Михайлов, сотрудник редакции корейской газеты «Тэдон конбо», выходившей во Владивостоке. Он посетил в тюрьме Ан Чжун Гына и решил выступить на суде его защитником. Однако во время суда, происходившего в Порт-Артуре в феврале 1910 г., Михайлову не позволили выступить в защиту подсудимого.

     Японский суд приговорил Ан Чжун Гына к смертной казни. В своей гневной речи на суде патриот разоблачил цели японских захватчиков и звал корейский народ к борьбе за свободу своей родины. Он отметил, что убийство Ито не имело в своей основе какую-либо личную месть, что оно было совершено вполне обдуманно и являлось одной из ступеней к достижению великой цели— независимости Кореи. Ан Чжун Гын обвинил Ито в том, что он, опираясь на силу японской армии, навязал корейскому правительству в 1905 г. договор об установлении протектората, сверг с престола корейского императора и заключил японо-корейское соглашение 1907 г. «Это последнее обстоятельство, — говорил он, — возмутило не только меня одного, но и всех подданных корейского императора, и у всех явилось одно мучительное желание — возродить могущество Кореи, и корейский народ поднял оружие за правое дело, за свою независимость… Корейский народ, будучи глубоко оскорблен до глубины души… начинает вести борьбу с японскими войсками» .

     В течение последующих лет память об Ан Чжун Гы-не, расстрелянном в порт-артурской тюрьме 26 марта 1910 г., оказывала влияние на патриотическое воспитание молодежи . Народ слагал о нем песни. Среди корейских борцов за независимость была широко распространена песня «Памяти корейского патриота». В ней говорится, что подвиг Ана, убившего проклятого врага Кореи, будет вечно жить в памяти народа и воспитывать тысячи  новых борцов.

     Даже представители царской администрации на Дальнем Востоке признавали, что убийство Ито активизировало антияпонскую борьбу корейцев. «Убийство кн. Ито в Харбине, — писал пограничный комиссар в Южно-Уссурийском крае, — значительно подняло дух корейских патриотов. Убийца считается национальным героем, как сменивший свою жизнь на жизнь величайшего врага Кореи… Все корейцы славят его» .

     По сведениям русского консульства в Гирине, сейчас же после убийства Ито в Корее повсеместно были расклеены прокламации двух антияпонских патриотических обществ «Эгук дан» и «Пэил дан» с призывом к низвержению японского господства. В ответ японцы приняли экстренные меры для предупреждения восстания. Устраивались повальные обыски. Японские власти запретили корейцам носить какое бы то ни было оружие и объявили, что имеющий его будет арестован как мятежник.

     Убийство Ито послужило сигналом к оживлению партизанского движения. 20 октября в Сеуле (после получения известия об убийстве Ито) вооруженная толпа неожиданно напала на станцию железной дороги за западными воротами города и разрушила ее. В городе были разгромлены магазины японских купцов. Едва японские жандармы с большим трудом отбили натиск толпы и рассеяли ее, как вдруг отряд партизан совершил такое же нападение на военные склады у восточных ворот Сеула. Партизаны захватили винтовки и патроны, а здания подожгли. Японский гарнизон, опасаясь всеобщего восстания в Сеуле, не посмел преследовать партизан . 28 октября, узнав об убийстве Ито, 300 партизан во главе с Мун Тхэ Су напали на станцию Ынён Сеул-Пусанской железной дороги (провинция Чхунчхон). Они сожгли станционные здания, испортили рельсы и телеграф и тем самым прервали железнодорожное сообщение.

     Активные действия партизан не прекращались в течение всего ноября 1909 г. Боевые операции повстанцев продолжались в провинции Южная Чолла, где, как доносил русский военный агент из Кореи, «после харбинского убийства… заметно оживилось партизанское движение». В уездах Ечжу, Янчжу. Пхочвон провинции Кёнги возобновили нападения на японские жандармские посты партизанские отряды Ли Чхун Сама, Ли Хан Чхола и прославленного командира Кан Ги Дона, под руководством которого в то время сражалось до 200 бойцов. С большей силой развернулись выступления повстанческих подразделений Ли Чжин Ена в провинции Хванхэ.

     В январе 1910 г. в газете «Приамурье» появилась статья, посвященная антияпонскому движению в Корее. Автор писал, что «о сокращении японских военных сил на Корейском полуострове пока нечего и думать». «Смерть князя Ито, — отмечала газета, — вызвала в Корее волнения, не успокоившиеся и до сих пор». Убийство врага свободы и независимости корейского народа продолжало оказывать стимулирующее влияние на антияпонскую борьбу масс и в начале 1910 г.

     Харбинский инцидент произошел в то время, когда в Корее продолжалось массовое движение, составной частью которого была вооруженная борьба партизан. Поэтому, на наш взгляд, действия Ан Чжун Гына нельзя рассматривать в отрыве от общей обстановки в стране. Это был не изолированный от борьбы масс акт индивидуального террора, а составная часть борьбы, в ходе которой корейские партизаны уничтожали японских захватчиков, поработивших  их родину.

     Убийство одного из вдохновителей империалистической политики Японии Ито Хиробуми, явившееся, по словам Катаяма Сэн, «кровавым жертвоприношением в честь независимости Кореи», воспринималось в стране как акт справедливой мести.

     Буржуазные историки утверждают, что убийство Ито послужило причиной аннексии Кореи. На самом деле это событие для японской военщины послужило лишь поводом к тому, чтобы потребовать от своего правительства проведения более решительной политики в Корее.

image
Эвакуация Тетуана